Burger
Кто в танке: репортаж с турнира СНГ по World of Tanks
опубликовано — 17.10
просмотры — 2148
logo

Кто в танке: репортаж с турнира СНГ по World of Tanks

400 тысяч татарстанских танкистов, «Линия Сталина» и сны о чем-то большем

В прошлые выходные в «Татнефть Арене» грохотали танки: любители и профессиональные игроки в World оf Tanks со всего СНГ на глазах у пятитысячной толпы разыгрывали стотысячный призовой фонд (валюта победителя — доллары). Игра, в которой не дают нормально прицелиться, банят за танковое построение в форме свастики и прославляют Сталина, уже шесть лет провоцирует международные скандалы и ссорит мужей с женами. «Инде» попросил специалиста по конфликтам, снам и загадочным игроманским душам Георгия Адмиралова поговорить с «танкистами» и их болельщиками о войне, мире и больших деньгах.

В прошлые выходные я встретил твоего дядю в «Татнефть Арене» на чемпионате СНГ по «танчикам». Он не мастырился: шел во весь рост, равный среди равных, будто бы ехал в составе танковой колонны на своем виртуальном Т-34. Твой дядя был радостным. Он сказал, что скоро бросит работу и станет киберспортсменом. Если что-то пойдет не так, на родной завод он не вернется — уедет в Челябинск или Нижний Тагил, где будет делать танки, и ни за что не бросит тренироваться. Случился маленький танковый каминг-аут. О киберспорт, ты — мир.

Двухдневные соревнования по World of Tanks, организованные создателем онлайн-игры — белорусской компанией WarGaming, посетили около 11 тысяч человек — столько в Казани собирает далеко не каждый футбольный или хоккейный матч. В первый день был любительский турнир, во второй — профессиональный.

Напуганный масштабностью происходящего, я неприкаянно блуждал по «Татнефть Арене» между курсантами танкового училища, стоящими у стендов с пулеметами, снайперскими винтовками и прочими маскулинными штучками, между девушками-моделями, наряженными в умеренно эротичный камуфляж, и, конечно, между любителями «танчиков» от мала до велика. Когда речь заходит о мероприятиях подобного масштаба, ирония должна быть выверенной и тонкой. Но чуть толще, чем тыловая броня танка, который ты назвал именем своей подружки, — иначе иронии никто не заметит и ты будешь выглядеть дураком и нубом. «Если человек считает какое-то дело важным и уделяет ему много времени, он наверняка видит его во сне, хотя бы иногда», — подумал я и решил, что буду спрашивать всех своих собеседников про сновидения, в которых — я был почти уверен — есть танки, крик в шлемофоне и запах гари. Бессознательное врать и лукавить не станет.

Бизнесмен и его жена

— Я из Самары, всего 400 километров от Казани. Сел с женой в машину и приехал — в 10:00 выехали, уже в час были у «Татнефть Арены». По дороге смотрел с телефона трансляцию, — рассказывает Сергей — юноша в желтой футболке. Он сидит на лучших местах в зале, аккурат напротив гигантских размеров экрана, на котором в режиме онлайн транслируются бои. Слева от масштабированного до сотни квадратных метров сражения — семеро молодых людей в таких же футболках, как у Сергея. Это команда Na'Vi. Можно подумать, что Сергей тоже в ней состоит, но он не участник и не менеджер, а обычный болельщик, играющий в «танки» с 2013 года.

Справа от экрана команда в белом — NSS, или Not So Serious. Когда ребята в желтом выигрывают очередной раунд, зал «Татнефть Арены» взрывается аплодисментами. Большая часть находящихся на трибунах трех тысяч зрителей болеют за Na'Vi. Хлопает даже супруга Сергея.

— Как я понимаю, жена к вашему увлечению «танчиками» относится лояльно?


— Абсолютно нелояльно. У нас, как и у всех, это камень преткновения. Тут, понимаете, такая психологическая вещь: если появляется у мужчины занятие, хобби, оно тут же начинает мешать бизнесу. У многих планочка падает, и они перестают думать о делах. Я такой же: как подсаживаюсь на игру, теряю в бизнесе. В какой-то момент начинаешь себя контролировать. У нормального человека должно быть чуть-чуть времени на хобби, а все остальное — на работу и семью. За балансом надо следить очень серьезно.

Фотографироваться Сергей отказывается наотрез, объясняя это интересами бизнеса.

Среди моего окружения люди, которым, как мне, в районе 35−40 лет, и никто не признается, что играет в «танки». В Самаре очень много полицейских, которые этим занимаются, и в администрации города играют, но все скрывают: это считается несерьезным. Хотя даже среди стримеров (стример — человек, комментирующий прохождение игры в прямом эфире. — Прим. «Инде») много взрослых людей, но они надолго не задерживаются. Тот же Сергей Аксенов, который стримил и пил водку, а в это время на заднем плане валялся бухой чувак.

На вопрос о танковых баталиях, произошедших в сновидениях, Сергей ответил отрицательно: ярких снов не припоминает. Незадача. Лично я, будучи яростным любителем подледного лова, регулярно во сне таскаю леща за лещом где-то между «Ривьерой» и Кремлем.

Тот самый Сергей Аксенов, полюбившийся российскому игровому сообществу танковый командир

Министерство спорта, казахская фанатка и телеканал Life

Руководитель соревновательного направления в России и странах СНГ компании WarGaming Алексей Корнышев наверняка мог бы стать успешным политиком. Он хорошо выглядит, складно говорит и постоянно кого-то благодарит:

— Татарстан славится в нашей компании 400 тысячами «танкистов» (столько татарстанских игровых аккаунтов зарегистрировано в системе. — Прим. «Инде»). В том числе поэтому мы решили провести турнир в Казани. И не ошиблись: прекрасный город, прекрасная арена, прекрасные люди. Мы общались с главами Министерства спорта и Министерства связи — это была действительно полезная встреча, мы познакомились, посмотрели друг на друга, очертили зоны интересов. Надеюсь, по результатам будет сформирована какая-то повестка и мы сможем целенаправленно двигаться дальше. У нас — инициативная компания, у вас — инициативный регион. Но рассказывать, о каком проекте мы думаем, пока рано.

Алексей говорит о конкуренции со стороны других киберспортивных дисциплин. World of Tanks — игра относительно молодая, ей всего шесть лет, а киберспортивное направление «танков» существует и вовсе три года. Но компания WarGaming относится к развитию любительского спорта серьезно — Алексей считает, что он должен стать фундаментом для профессиональной лиги:

— Когда Минспорт признал киберспорт официальной дисциплиной, это был большой шаг в сторону социальной легитимизации. У нас в стране к киберспорту относились очень настороженно, но за последние несколько лет мнения изменились в лучшую сторону, и это приятно. Мы ожидали пять тысяч зрителей за два дня, в итоге только сейчас на площадке, навскидку, около четырех с половиной тысяч человек.

Заходит разговор о географии: Алексей рассказывает про коллегу, который встретил в казанском аэропорту девушку из Казахстана, прилетевшую болеть за команду Na'Vi. От простой географии переходим к географии экономической: у «танков» крепкое игровое коммьюнити в Европе и США, много «танкистов» в Азии, есть последователи в Австралии. В направлении Африки и Южной Америки маркетинг WarGaming еще не работал, но Алексей утверждает, что это вопрос времени.

— Гордятся вашей компанией в Белоруссии?


— Мы сами собой гордимся. И я как белорус нашей игрой горжусь.

Рядом со сценой — две пары, в каждой — по журналисту и оператору. Блондинка, держащая в руках микрофон с логотипом известного сотрудничеством с кремлевской администрацией телеканала Life, записывает стендап на фоне экрана, транслирующего ход очередной танковой баталии. Недалеко от нее — парень из Geek TV, не очень-то похожий на гика: слишком выхоленный. Про себя решаю, что такие разные каналы, как Life и Geek TV, могли встретиться только на по-настоящему неординарном мероприятии.

— У нас в команде пара россиян, пара белорусов, пара украинцев и я из Латвии. Можно сказать, сборная СНГ, — говорит менеджер команды HellRaisers Юрий. Рядом с ним сидит «танкист» Алексей. Я решаю сразу пойти ва-банк:

— Бывало такое, что вы видели сны по мотивам игры?

— Не бывало, — немного подумав, отвечает Алексей. — Зато бывало, что приходилось расставлять приоритеты между игрой и университетом — я учусь на факультете прикладной математики в БГУ. Это довольно престижный факультет, но даже окончив его и продвинувшись по карьерной лестнице, я буду зарабатывать меньше, чем сейчас, занимая призовые места в киберспорте. Поэтому перед крупными финалами я забрасываю учебу и занимаюсь практически только тренировками. Просыпаешься — «танки», засыпаешь — «танки». Даже подушка с «танками».

— Это та цена, которую нужно отдать за успех, — подхватывает Юрий.

— Ожидали, что на финале будет такое количество зрителей?

— Это приятный сюрприз. Когда пару дней назад нам показали помещение «Арены», нашей первой мыслью было: «Кто же займет все эти места?». Но оказалось, что в Казани киберспорт любят. — Пока менеджер отвечает, Алексей устало смотрит по сторонам: недавно он отыграл полуфинал и наверняка утомился. — У нас и у других команд вчера была фотосессия: куча народу, люди не поленились прийти за фотографией и автографом. В Казани их было больше, чем обычно на подобных мероприятиях.

— А вам танковые баталии не снились?

— Нет, не было такого. — Судя по тону, Юрий тоже устал и не проникся вопросом.

Курсант танкового училища и полковник запаса белорусских ВС

Осенью Владимир Черный поступил на первый курс танкового училища. В «Татнефть Арену» курсант попал по долгу службы, но, несмотря на принуждение, происходящее ему нравится:

— Думаю, опыт игры мог бы мне пригодиться в каких-то теоретических вопросах. Хотя перед поступлением я год не играл — готовился к экзаменам. Я сам из Воркуты, у нас в классе многие увлекались «танками» — человек 10 из 30 точно. Благодаря игре я многое узнал: качал советскую ветку, соответственно, все танки были из СССР.

Андрею Шубадерову около 50 лет, он подтянут и гладко выбрит. Армейская выправка в глаза не бросается, но становится отчетливо заметной через пару минут разговора. Несколько лет назад Андрей Юрьевич, как его называют коллеги по WarGaming, сменил военный мундир на гражданскую одежду, приняв в белорусском игростроительном гиганте должность менеджера специальных проектов.

— Я полковник запаса Вооруженных сил Белоруссии. Моей связи с WarGaming уже восемь лет: году в 2005-м, когда я возглавлял редакцию сайта Минобороны, министр сказал: «Ребята, разберитесь, во что там мои пацаны дома играют». Мы закупили на рынке кучу дисков и стали их изучать. Выяснилось, что 99 процентов игр посвящено тому, как в войне победил «рядовой Райан». Правда, нашлась игра «Ил-2. Штурмовик». Два года проводили по ней турниры в Белоруссии — открывал и закрывал их министр обороны, участники приезжали со всего СНГ. В 2006-м Леонид Семенович (Мальцев, министр обороны Белоруссии с 2001-го по 2009 год. — Прим. «Инде») сказал: «Давайте попробуем разработать свою игру». Мы было начали, но когда узнали, сколько это стоит, — на тот момент сумма была больше миллиона долларов, — естественно, оставили затею. В 2008 году, когда состоялся релиз игры «Операция „Багратион“», Владимир Иванович — это отец хозяина WarGaming — пригласил меня поучаствовать в этом проекте.

— Он тоже военный?


— Нет, гражданский человек. Мы с ним случайно встретились в музее Великой Отечественной войны: он показал игру, и мы решили сотрудничать. После этого я предложил министру прийти в компанию — познакомиться. На встречу Леонид Семенович отправился с шестью докторами военных наук. Пообщались, с тех пор и взаимодействуем — десятки турниров провели при поддержке Министерства обороны. Я на тот момент был начальником военно-информационного агентства Белоруссии, имел более 30 лет выслуги. Всего, чего можно было добиться в армии, я уже добился, так что, когда меня позвали в компанию, согласился без колебаний.

— Насколько, на ваш взгляд, игра повлияла на популяризацию танковых войск и армии вообще?

— Если войти в военкомат в Белоруссии в период призыва, станет ясно, что многие хотят служить именно в танковых войсках. Специальных исследований не было, хотя знаю, что двое военных российской армии сейчас проводят большой социологический опрос, в котором есть вопросы про наши «танки». А вообще с этой игрой все очень серьезно. Конечно, она не может обучить специалиста и сделать из человека военного, зато пробуждает интерес к истории и какое-то тактическое чутье.

— Как я понимаю, вы еще и с Министерством обороны России сотрудничаете?


— Не то чтобы сотрудничаем. Вот в Казани проводится турнир — Минобороны его поддержало. Мне кажется, российские военные понимают, для чего это надо: здесь молодая аудитория, которой они могут что-то показать, рассказать, предложить — элементарно дать потрогать оружие. Из тысячи прошедших мимо их стенда кто-то наверняка решит служить или поступит в то же танковое училище.

— Что думают ваши бывшие коллеги-офицеры по поводу игры?


— Они не думают, они играют. Я раньше не играл, потом начал и понял, что получаю много прикладных знаний: история ВОВ, танкостроение, топография и так далее. В обычных шутерах полезной информации ноль — тупо бегаешь и убиваешь, а тут все по-другому. Когда мне рассказывают про игроманию, я отвечаю, что зависимость бывает от всего — от алкоголя, сахара, женщин. Надо просто правильно управлять процессом. Как человек государственный я участвовал в системе патриотического воспитания, знаю кучу форм и методов идеологической работы. И я уверен, что эта игра — одна из самых эффективных форм. При этом надо понимать, что сама по себе она никогда не воспитает патриота.

— Как ваш метод работает в Белоруссии?


— У нас День танкиста стал республиканским праздником: десятки тысяч людей приезжают на «Линию Сталина» отмечать. А по поводу отношения к Великой Отечественной — у нас вся земля кровью пропитана, у нас другого варианта и не может быть. Из Татарстана, из Казани тоже много людей воевало — нельзя сравнивать, кто вложил больше, а кто меньше, это общая победа, и почти во всех странах бывшего СССР к ней одинаковое отношение. В составе большинства профессиональных команд — и русские, и украинцы, и белорусы, которые дружат между собой, играют вместе.

Про «танковые» сны полковника белорусской армии я не спросил, потому что мы разговорились о Казани. Отставной военный вспомнил про татарскую семью — сослуживцев отца, с которыми они когда-то были соседями на Урале:

— Я у них в гостях впервые попробовал чак-чак и остальные татарские блюда. Хорошие люди. После службы вернулись на Родину, в Казань. Написал им в «Одноклассниках» перед поездкой, прочитали сообщение, но не ответили. А я не такой человек, чтобы настаивать.

Безработный и бывший преподаватель вуза

Героями первого дня соревнований стала любительская команда KBY, собранная казанскими ребятами незадолго до турнира, — парни выиграли свои первые 4000 долларов. Один из «танкистов» KBY пришел в «Татнефть Арену» во второй день, чтобы понаблюдать за игрой профессионалов.

— Я окончил университет, но пока без работы, поэтому играю в «танки». Учился в КАИ на инженера-конструктора двигателей внутреннего сгорания. Мы с друзьями узнали, что будет отборочный «лан» в Казани, собрали команду, потренились и выиграли. Опыт игры на сцене и вообще участие в турнире — это очень круто. Может быть, со временем в Золотую серию попадем. Перед турниром тренировались по три-четыре часа в день. Времени хватало — у нас в команде один школьник, остальные студенты.

— Родители не говорят, что, мол, хватит заниматься ерундой?

— Конечно! «Иди работать на завод» и все такое. Может быть, когда-нибудь, но пока хочу «танками» заниматься.

— Бывает, что игра снится?

— Очень редко. Но сны-дежавю бывают: будто бы где-то уже видел эту игровую ситуацию и слышал, как человек из твоей команды что-то говорит по этому поводу.

— Удивился, когда увидел, сколько зрителей пришло за вас болеть?

— Вчера было меньше народу — все-таки сегодня звезды играют.

— А их можно назвать звездами?

— А почему нет? Они популярны, миллионы подписчиков на YouTube. Ну, не миллионы, но очень много.

Моим последним собеседником стал менеджер команды NSS Андрей Рожнов. Команда Андрея проиграла полуфинал неоспоримому лидеру турнира — Na'Vi, и когда на арене ревели довольные зрители, он тихо рассказывал мне о том, как оказался в профессиональной команде и переехал из Белгорода в Киев:

— Уже шесть лет киберспорт для меня — основной вид деятельности, а в целом в этой индустрии я лет десять. Я видел, с чего все начиналось, и прекрасно понимаю, что скептическое отношение к киберспорту — вопрос времени. Своему отцу, например, я до сих пор не могу толком объяснить, чем занимаюсь, — вообще-то я кандидат физико-математических наук, долгое время работал преподавателем, а тут ушел в игрушки играть. Но так как это уже несколько лет кормит и поит всю мою семью, отношение меняется. Когда 17-летний парень все свободное время тренируется, его, естественно, гнобят родители, но стоит ему принести домой первую десятку тысяч долларов, отношение сразу меняется. Или когда он вдруг начинает получать зарплату — пусть даже долларов 500, но ведь не у всех мама с папой столько домой приносят. Родители сразу становятся обходительными — стучат, прежде чем зайти в комнату, и так далее.

— А вы что думаете по поводу общественного отношения к тому, чем занимаетесь?

— В Азии, где зародился киберспорт, и в Южной Корее, которая в этом плане впереди планеты всей, все развивается уже 15−20 лет. В Европе и США чуть меньше — около 10 лет. У нас киберспорту как бизнесу не больше шести. Инфраструктура — организации и люди, которые в это вовлечены, — в России и СНГ пока развита слабо, люди к этому еще не привыкли, для них это экзотика. Но динамика видна: если три года назад люди вообще не понимали, о чем идет речь, то сейчас, когда таксист узнает, чем я занимаюсь, интересуется, задает вопросы. Даже в Казани такое было. Один раз нас узнали и попросили автограф — это, кстати, был таксист. Рынок киберспорта — пожалуй, единственный рынок, который показывает стабильный рост в последние 10 лет. Объемы призовых фондов ежегодно как минимум удваиваются, суммарное количество просмотров трансляций растет, количество болельщиков — тоже. И все это вне зависимости от кризисов. Думаю, если не произойдет никаких глобальных катастроф, через пять-семь лет киберспорт в СНГ по количеству инвестиций выйдет на уровень, сравнимый с реальным спортом. А лет через 10, может быть, увидим киберспортивные Олимпийские Игры.

Напоследок спрашиваю Андрея о снах, в которых центральное место занимают «танчики».

— Конечно, снятся иногда. Но я особо не запоминаю.

На сцене в этот момент решалась судьба призовых 50 тысяч долларов за первое место и 25 тысяч за второе. Но мы с Андреем были слишком увлечены разговором о том, что World of Tanks — одна из немногих вещей, доказывающих, что в России, Украине и Белоруссии живут люди скорее одинаковые, чем разные.

Фото: Денис Волков