Burger
«Понять нас может только тот, кто здесь живет». Воспоминания первых переселенцев в Азино
опубликовано — 18.05
просмотры — 4967
комментарии — 2
logo

«Понять нас может только тот, кто здесь живет». Воспоминания первых переселенцев в Азино

Эйфория от горячей воды, исчезнувшие поля картофеля и кукурузы и первые в Казани велодорожки, которые так и не построили

10 июня в Казани в четвертый раз пройдет Велоночь. Мероприятие будет посвящено казанским меценатам, изменившим город, а второй темой станут городские окраины — в том числе Горки и Азино. Каждый год организаторы записывают для участников пробега радиопередачу, в которой транслируют информацию про историю районов, зданий, улиц и памятников, встречающихся на пути велосипедистов. Специально для очередного подкаста Велоночи «Инде» встретился с шестью жителями Азино, которые переехали туда в числе первых, и с архитектором, который участвовал в проектировании района.

Анна Ивановна, сотрудница института «Казгражданпроект»

с середины 1980-х по начало 2000-х участвовала в проектировании микрорайонов Азино; имя изменено

Начало Азино: стратегическая котельная и несостоявшиеся велодорожки

Проект планировки Азино разработал отдел генеральных планов института «Татгражданпроект» в первой половине 1980-х. Проект планировки — это общая схема района: на ней видно, где пройдут улицы, как будет организовано дорожное движение, где заложат инженерные коммуникации, сколько будет микрорайонов внутри района и сколько примерно в них поселится людей. Один из самых сложных вопросов на этапе планирования нового жилого массива — это теплоснабжение. Азино отапливается из одноименной районной котельной, которая расположена на улице Родина. Воду район получает из двух источников: Волжского водозабора и водозабора, который расположен вдоль улицы Завойского. Это глубинные скважины, и нельзя допустить, чтобы их заразили, поэтому территория огорожена забором, колючей проволокой и тщательно охраняется.

Район проектировался в соответствии с генеральным планом Казани, утвержденным в 1968 году. Уже тогда было известно, что Азино застроят жилыми домами до границы города, которая проходит по реке Ноксе. Правда, мы не могли предвидеть, что там будет такой бум высотного коммерческого строительства. По предварительным чертежам, вдоль Ноксинского спуска должны были жить три тысячи человек, а сейчас живут все шесть. К сожалению, современные застройщики не заботятся об инфраструктуре: в погоне за прибылью дома стали строить плотно, не оставляя места для школ и детских садов.

С самого начала Азино делилось на две части: Азино-1 и Азино-2. Границы Азино-1 — Мамадышский и Вознесенский тракты, от Азино-2 его отделяет овраг между Минской и Закиева. Азино-2 — массив между улицами Минской и Завойского. Сначала строилось Азино-2, потому что район примыкал к более старому — Вторым Горкам. Первые дома Азино-2 появляются во второй половине 1980-х, а к Азино-1 приступили только в 1990-х, причем активнее всего работали после 1995-го, когда заработала программа ликвидации ветхого жилья.

В СССР создание жилых районов всегда начиналось с прокладки сетей и строительства дорог, и это было правильно. К сожалению, сейчас часто бывает, что сначала строят жилье, а уже потом думают, как к нему будут подъезжать машины и общественный транспорт (яркий пример — комплекс «Салават купере»; жителям приходится пользоваться старыми дорогами, из-за чего там постоянные пробки). Проектировщики Азино-2 в первую очередь наметили районную магистраль — улицу Фучика, дублер общегородской магистрали — проспекта Победы. В то же время, что и Фучика, начали строить радиальные дороги: Ломжинскую, Минскую, Ноксинский спуск. При проектировании Азино-1 районную магистраль продолжила улица Сахарова, появились улицы Академика Глушко, Вагапова, Закиева, Бигичева. Предполагалось, что вдоль Южной трассы сосредоточатся объекты общегородского значения: торговля, культура, развлечения, так что появление «Мегастроя», «Меги» и «Южного» можно считать закономерным.

По плану Фучика должна была стать первой улицей Казани, вдоль которой прошли бы велодорожки. Институт придумал это еще в начале 1980-х и очень гордился решением. Велодорожки должны были связывать весь район — планировалось, что они захватят и нынешнюю Сахарова, и часть Горок. Но, к сожалению, на этапе реализации от них отказались. Видимо, хотели закончить работу быстрее и дешевле.

Первые дома: ложные ленинградки, челнинки и проблемные мусоропроводы

Сроки у проектировщиков и строителей были жесткие. Если в Азино-2 еще строились кооперативные дома, то есть люди — как правило, сотрудники городских производств — сами объединялись, вкладывали деньги и были готовы немного подождать, то район Азино-1 проектировался для тех, кого переселяли по программе ликвидации ветхого жилья, и у них проблема стояла острее. Творческого разгула среди проектировщиков не было — из управления капитального строительства городской администрации поступали четкие разнарядки. Тогда действовал адекватный СНИП 1985 года, в котором все было четко: сколько школ, поликлиник, детских садов и других объектов нужно на тысячу жителей, какое должно быть расстояние между домами, какие нормы по инсоляции и т.д. Мне кажется, проектировать в те годы было гораздо проще, чем после 1990-х, когда нам сказали: «забудьте о СНИПах и стройте как вам надо».

В 1980-х в городе работали целых три домостроительных комбината, выпускавшие бетонные панели, поэтому район предсказуемо заполнили типовые девятиэтажки. В процессе проектирования в Институте всегда делали макеты домов — архитекторы смотрели, как будет выглядеть район, определяли оптимальную плотность застройки, выбирали места для архитектурных доминант. В Азино это кирпичные высотки, которые задуманы для того, чтобы жители могли ориентироваться в монотонных серых кварталах. Обычно они строились на перекрестках уже после того, как было готово все остальное жилье. Еще разнообразие в серость Азино вносят «турецкие» дома вдоль проспекта Победы. Такое название они получили потому, что в их строительстве участвовали турецкие фирмы, что для СССР было нетипично.

Девятиэтажки в Азино горожане часто называют ленинградками, но на деле это в основном 121-я и 90-я серии, разработанные московским институтом ЦНИИЭП жилища. В районе Сахарова есть дома серий, которые создавали челнинские домостроительные комбинаты, — мы их между собой называем челнинками. Конечно, все архитекторы, да и жители, любили ленинградки 125-й серии (таких много на Горках) за их большие прихожие и просторные комнаты. Но Азино, повторюсь, надо было строить быстро, а еще это было бесплатное жилье, поэтому проектировщики по возможности экономили на площадях общего пользования: сокращали коридоры, закутки за лифтами. Апофеоз экономии — 121-я серия, в которой потолки на 10 сантиметров ниже (всего 2,5 метра), а бетонные панели на 20 сантиметров уже, чем в 90-й.

Большой проблемой в первых азинских домах были мусоропроводы. Во многих подъездах они засорились в первый же месяц после того, как заехали жильцы. К нам прибегали заказчики и говорили: «пожалуйста, запроектируйте мусорные площадки у домов!». Мы не понимали, в чем дело, а заказчики ссылались на контингент — мол, бывших трущобников и жителей бараков надо к удобствам приучать (хотя во многих домах на Квартале, куда тоже переселяли по программе ликвидации, мусоропроводы до сих пор работают). В итоге мусоропроводы запаяли, а место под площадки для контейнеров пришлось искать уже постфактум. Из-за СНИПов это было тяжело: не менее 20 метров от дома, 15 метров от детской зоны… Иногда игровые площадки приходилось уменьшать или отказываться от спортивной площадки.

Безучастное проектирование: самозахваты зеленой зоны и первые протесты

Когда строилось Азино, подключать население к обсуждению проекта района было как-то не принято. Все «публичные слушания» на деле были кулуарными: приходили электрики, тепловики, представители Водоканала и районной администрации. Эскизы утверждал лично главный архитектор города. Но недовольных не было — люди радовались, что им дают бесплатное жилье и они выезжают из трущоб.

Протесты начались только в последние годы, когда стали активно застраивать зеленые зоны и уплотнять жилую застройку. Честно говоря, мне кажется, люди сами виноваты, что на протяжении 1990-х и 2000-х загрязняли зеленые зоны. В 1980-х моя семья снимала квартиру на Завойского и за нашим домом город кончался. Были ромашковые поля, большие дубы, березовые рощи, чистые овраги, мы ходили туда отдыхать и загорать. А потом начались тяжелые времена, вернули карточную систему, и ромашковые поля превратились в картофельные — люди занимали их стихийно, самозахватом. На картошке сидели жуки, вокруг стал появляться мусор, и мы перестали туда ходить. Потом началось строительство, и мусора стало еще больше. Поэтому меня радует, что в последние годы стали появляться инициативные группы «зеленых» и что люди протестуют против загрязнения и вырубки зеленых насаждений.


Инна, 46 лет

живет в Азино с 1998 года

Переезд из центра

До 1998 года мы с супругом и пятилетним сыном жили в двухэтажном доме на Спартаковской — трехкомнатная квартира с двумя кухнями в центре города когда-то принадлежала моей бабушке. Водопровода в доме не было, и зимой супруг регулярно обходил округу в поисках незамерзшей колонки — с маленьким ребенком всегда нужно много воды. Туалет был пристроен к сеням, печка была старой и плохо держала тепло, поэтому сын почти постоянно болел из-за сырости. Сколько себя помню, полы в той квартире всегда были под уклоном — когда я была маленькой, скатывалась от одной стены к другой на счетах, как на ледянках. Как-то муж решил их выправить — вскрыл, а прямо под печкой под полом плескалась вода.

В какой-то момент весь дом начали переселять по программе ликвидации ветхого жилья. Предлагали квартиры в Азино и на Квартале. Практически весь наш двор, а это квартир 13, переехал в Азино. С Ново-Савиновским районом мою семью ничего не связывало: мои родители жили на Фучика, родители супруга — на Зорге, поэтому мы выбрали восточную часть города и переселились в 3-й дом по улице Кайбицкой.

Квартиры выдавались по нормативу: 12 или 18 квадратных метров на человека. Можно было выбирать — если дом, в который предлагали переселиться, по каким-то причинам тебя не устраивал, ты просто ждал дальше. Но мы согласились сразу. Во-первых, надоела бытовая неустроенность. Во-вторых, было как-то неуютно: когда соседей стали расселять, опустевшие квартиры начали грабить. А еще, как только соседи за стенкой от нас уехали, там забегали крысы. В общем, переезд был для нас огромным счастьем — первое время я даже не хотела выходить из новой квартиры. Мы перевезли туда доставшуюся от бабушки антикварную мебель — она нам еще долго прослужила. А вот бытовой техники практически не было — все покупали заново.

Жизнь на улице Кайбицкой

Наш дом на Кайбицкой был самым крайним в микрорайоне. Рядом быстро шло строительство — из окна мы наблюдали, как буквально за два месяца вырос соседний дом. Ближайший к дому детский сад находился в паре остановок, ближайшая школа была тоже неблизко, и сын пошел в первый класс в 6-ю гимназию (она находилась недалеко от дома родителей). Через год в соседней «коробке» построили новую школу — на открытие даже приезжал Шаймиев, — и мы перевели сына туда.

Из центра до нас ходил единственный автобус — № 91. Конечная была на Минской, и оттуда до дома мы ходили пешком. Внутри Азино транспорт был развит тоже плохо, но в конце 1990-х пустили 12-й троллейбус, а еще появились маршрутки. Домов вокруг было все еще не очень много, поэтому троллейбус можно было заметить издалека: когда я видела из окна, что он появился на остановке «Кабельное», брала сына в охапку и шла на остановку.

Нам очень повезло с соседями. В прошлом году в подъезде впервые с заселения дома в 1998-м сделали ремонт, но он даже и не требовался — никаких надписей на стенах, отколупанной краски. У нас было чисто даже до того, как подъезд закрыли на железную дверь с домофоном, — никаких наркоманов, алкоголиков и бомжей.

Строительство «Меги» и нового ипподрома нас почти не затронуло. Что касается развязок, есть мнение, что они не решили проблему пробок, а лишь передвинули их: если раньше заторы были на пересечении проспекта Победы и Сахарова, то сейчас машины собираются на Закиева, Сахарова, Фучика, в районе моста и со стороны нового ипподрома. Я считаю, что пробки связаны не с развязками, а с безудержным строительством жилья в районе и бесконтрольным увеличением числа жителей в нем.

Екатерина Жукова, 39 лет

живет в Азино с 1988 года

Детство рядом с кладбищем самолетов

В 1988 году мы с мамой получили ордер на квартиру в доме на Минской. Дали нам ее абсолютно бесплатно как бывшим барачникам — мы жили в поселке Нефтяников, там сейчас агропарк и ипподром. Наш старый дом был рассчитан на четыре-пять семей — туалеты уличные, железная колонка зимой леденела, зато все были дружными, как в деревне. Мы знали, что рядом Клыки и там условия еще хуже. Когда наш барак стали расселять, мы несколько раз отказывались от неподходящих вариантов, и в итоге остались последними в поселке. Но мы знали, что ждем конкретного дома: нам нужна была однокомнатная квартира недалеко от сестры, которой дали жилье в Азино незадолго до нас. Когда мы переехали в дом с горячей водой и красивым туалетом, первое время мама только и говорила: «Ну надо же! Дожила!».

Сейчас я понимаю, что дойти пешком от моего старого дома до нового проще простого — там километра три, можно добраться меньше чем за час. Но в конце 1980-х нам казалось, что мы переезжаем на край географии — как будто весь обитаемый мир в Азино кончался. В конце 1980-х там было чистое поле с парой кустов, а сейчас это, как мне кажется, чуть ли не самое зеленое место города. Мне было десять лет, и мы с друзьями, еще живя в Нефтяниках, постоянно предпринимали какие-то вылазки на эту территорию. Брали велики и чувствовали себя прямо-таки партизанами. Там, где сейчас стоит «Мега», было кладбище самолетов, оно охранялось, и попасть туда было настоящей спецоперацией. Зато как здорово было по пути из школы — я тогда училась в гимназии на Космонавтов — посидеть в кабине пилота! О чем еще может мечтать ребенок в этом возрасте?



Фотографии предоставил Семен Смолкин

Инфраструктура: школа, два детских сада и далекая аптека

Мы въехали в дом в самой первой «коробке» на Минской. Рядом с нами был заложен квадрат, где сейчас 125-я гимназия, но Ломжинской еще не было — шла стройка. Когда я переехала, гимназию уже открыли, и я пошла туда учиться. Очень переживала: все друзья-то остались в старой школе. В Азино переселяли из барачных поселков на окраине, и поначалу слава у района была так себе: считалось, что туда переехали все алкоголики и наркоманы, а рядом еще и горкинские группировки. В школе у меня поначалу тоже было ощущение, что туда загнали всех троечников, но они довольно быстро стали «очеловечиваться». Да и про сам район скоро стали думать лучше.

Продолжая разговор про инфраструктуру: нас не перевезли в никуда, к нашему приезду в Азино почти все было готово. Работал детский сад, очень быстро построили второй. Поликлиника была на первом этаже Минской, 20, «скорая» к нам приезжала без проблем. На углу напротив «Южного» до сих пор стоит здание, на котором написано «Азино 2», — это универсам, который работал со времен первых переселенцев. Еще на Минской, 25 был вагончик с продуктами первой необходимости. Правда, аптека работала только в Десятке, но это все равно пешая доступность.

Пока домашних телефонов не было, во дворах стояли будки — по одной на дом. Телефонизация шла к нам со стороны Фучика, и году в 1993-м нам провели линию. Я помню, что родители периодически ходили на какие-то встречи жильцов, где обсуждалось, что где строить и куда переносить, но потихоньку эта активность сошла на нет. У нас такой район — все постепенно само улучшается, дворы облагораживают, дороги делают. Помню, что у жильцов спрашивали, где сделать поликлинику, хотя сейчас думаю, что это делалось для галочки — скорее всего, все уже было прописано в проекте.

«Икея» в самом зеленом районе

Отлично помню, как строили и открывали «Икею». Еще вчера было все огорожено, а сегодня — синее здание посреди зеленого поля. Туда сразу началось настоящее паломничество, было такое ощущение, что люди приехали со всего Татарстана. Пройти по магазину с тележкой было нереально, в очереди на вход надо было стоять полдня, а потом еще столько же в кассу. Странные игрушки, мебель — это был какой-то момент откровения, было важно непременно что-нибудь купить, хотя из Москвы такие же вещи привозили уже давно. Сейчас я думаю: вот дураки, нашли куда паломничать. Но тогда у нас было ощущение чего-то важного, будто ты становишься наконец европейцем.

Я живу в Азино уже почти 30 лет, и за это время здесь выросли шикарные деревья — некоторые даже стали спиливать, чтобы не мешали жителям. В нашем дворе была трава и пара кустов, а сейчас у меня за домом сад с вишней и жасмином. Я обожаю Азино — да, 30 лет назад это была граница цивилизации, но теперь все иначе. Скоро еще метро от Дубравной проведут, вообще замечательно будет. У нас даже вторичка дорогая. Сюда можно быстро добраться из любой точки города, магазины, кинотеатры, строительные супермаркеты — все есть, кроме, пожалуй, набережной. Нокса стала совсем крохотная, а когда-то мы в ней купались — хотя, кажется, она и тогда была по колено. Еще в районе во времена моего детства было несколько прудов, куда ломилось все Азино, — один у поселка Вознесенье, другой ближе к нынешнему «Изумрудному городу». Не помню, была ли там чистая вода — наверное, мы были в таком возрасте, что нам было все равно.

Конечно, когда в 2000-х стали застраивать зеленые зоны, было жалко. Писали жалобы, но каких-то громких выступлений не было. Все быстро привыкли: появление «Франта» уже казалось ожидаемым. Хотя заправку мы отстояли: напротив торгового центра сделали пруд и садик. Каждый раз, когда мы на что-то жаловались, нам отвечали: простите, это уже давно было в проекте. Хотя еще нам, например, удалось отстоять Горкинско-Ометьевский лес. Мне нравится, что получилось в итоге, — мы с семьей там часто гуляем. Правда, для велосипедистов лес не очень удобен, и я бы предложила сделать дополнительный выход на улицу Родина. Еще, мне кажется, это очередное вымогательство денег у мам: пока дойдешь до качелей, на пути встретишь кучу палаток с угощениями — как тут откажешь ребенку.

Лилия и Альфия Хабибуллины, 48 и 24 года

живут в Азино с 1992 года

Кооператив на Фучика

В 1980-е и в начале 1990-х годов в Казани можно было получить квартиру, вложившись в жилищный кооператив. Сначала ты делал первоначальный взнос — 30 процентов от стоимости жилья, — а потом в течение 15−20 лет выплачивал остаток стоимости; ежемесячные платежи включали отдельной строкой в квартплату. В 1991 году подошла очередь на строительство нашего дома (Фучика, 119), и тут закончился Советский Союз. До этого момента наша квартира стоила 30 тысяч рублей, а после распада страны цена поднялась до 115 тысяч. Надо было срочно собрать первоначальный взнос, что-то около 30 тысяч рублей, но для нас это была нереальная сумма. Помогли родители. А вскоре началась инфляция, и мы каким-то образом очень быстро выплатили остаток.

В октябре 1992 года мы с супругом переехали от моих родителей, которые жили на проспекте Победы, в собственную квартиру. В доме не работал лифт, не было газа. Всем жильцам раздали бачки для унитаза, чтобы они сами их устанавливали. Я помогала мужу это сделать на позднем сроке беременности. Той же ночью начались схватки. Вызывать «скорую помощь» было нельзя, потому что она увезла бы меня в дежурный роддом, а я хотела родить дочь в РКБ. Чтобы доехать до этой больницы, нужно было вызвать такси, а на все Азино тогда было три телефона: в милиции, поликлинике и еще где-то. И вот ранним утром супруг вызывает машину на Чишмяле, а водитель ему говорит: «В городе нет такой улицы». Нам пришлось дойти пешком до остановки троллейбуса «10-й микрорайон», доехать до проспекта Победы, пересесть на автобус и доехать до РКБ рожать.

Новый быт рядом с природой

Когда мы с дочкой приехали из роддома, газ уже был, муж повесил все шкафы, словом, быт кое-как был обустроен. Мебель и технику мы покупали новые — в те годы все приходилось «доставать»: прибалтийскую стенку, спальный гарнитур, холодильник. Поначалу мы думали, что проживем здесь два-три года, а потом переедем в центр, потому что это престижно. Но чем дольше жили, тем чаще думали: а зачем? Рядом живут мои мама и сестра, все под боком.

Когда мы переехали, соседние дома только строились: дети играли на сваях, а во дворах в бочках рабочие варили гудрон. Постепенно район обустраивался, домов становилось больше, застраивалось пространство рядом с нынешнем ТЦ «Франт». Там, где сейчас отделение полиции, было маленькое озеро: его засыпали и поставили дом. На месте Салмачей и Вознесенья были колхозы — оттуда к нам приходили коровы. Однажды дети играли рядом с лесом, и к ним вышел лось. Недалеко от 10-го микрорайона росла кукуруза. В районе Дубравной было семенное хозяйство, но позже деревенские дома снесли, а жителей переселили на Сафиуллина.

В начале 1990-х годов жизнь резко ухудшилась, но у нас народ смекалистый. На газоне перед водозабором, рядом с которым расположен наш дом, быстро появились деляночки — люди посадили картошку. Одна делянка даже существует до сих пор. У нас был огород в деревне, поэтому мы там ничего не сажали.

С инфраструктурой и транспортом в Азино в начале 1990-х были проблемы. Троллейбус ходил только до 10-го микрорайона, а автобусы постоянно проезжали мимо Чишмяле не останавливаясь. Выручал кольцевой трамвай № 20. Магазинов, в которые можно зайти с детской коляской, не было. Хлебный и молочный были в подъезде, а универсамы далеко. Ходить за покупками приходилось вдвоем с соседкой: сначала одна караулила коляски на улице, потом мы менялись. Ситуация с транспортом улучшилась, когда появились маршрутки.

Соседи-ученые и эволюция «Южного»

А вот соседи у нас замечательные. В нашем кооперативе покупали квартиры работники ветинститута, КФТИ, спецавтобазы, Горводзеленхоза, среди них много ученых — кандидатов и докторов наук. Когда они переезжали, им было по 30−35 лет — многие из них были соседями по общежитию и дружили еще с тех пор. Если у кого-то появляется возможность улучшить жилищные условия, они стараются делать это внутри дома: переезжают из двухкомнатной в одном подъезде в трехкомнатную в другом, например. Мы получили собственную квартиру, когда были совсем молодой семьей — нам с супругом было по 24 года, — и это было здорово. Практически все наши друзья жили с родителями, поэтому вечеринки проходили у нас.

Когда начались большие стройки, все было плохо-плохо, а потом раз — и резко стало хорошо. «Южный» в своем первом варианте был очень маленький, но он сильно улучшил жизнь — там был, например, супермаркет. В 2003 году построили IKEA, но к ней вела очень грязная дорога. Когда строили «Мегу», мы думали, что ее нереально обойти за день, но ничего — привыкли. Нам очень нравится микроклимат Азино: район стал зеленым, благоустроенным, удобным. Но понять нас может только тот, кто здесь живет.

Ирина Яшина, 53 года

переехала в Азино в 1993 году

Условия переселения из центра на окраину

Раньше мы жили на улице Дегтярной, которая находилась в центре города, за памятником Тукаю, — сейчас примерно на ее месте парк Тысячелетия. Дома были в основном старые, деревянные, но не все — в начале улицы стояли добротные кирпичные. По программе ликвидации ветхого жилья решили освободить всю улицу, и в качестве альтернативы нам предлагали квартиры в Азино и на Квартале. Мы с семьей выбрали Азино. Вскоре после нас туда переехали мои родители.

У нас с мужем двое сыновей, поэтому нам дали трехкомнатную квартиру площадью 63 квадратных метра. Маме с папой досталась однокомнатная 37-метровая. При исполкоме был отдел, который отвечал за программу расселения жителей из ветхого жилья, и изначально нас шестерых там хотели посчитать за одну семью и поселить в четырехкомнатную квартиру. Но мои престарелые родители были против: к тому моменту отец болел, а внуки были маленькие и, естественно, шумели. Мама спорила с отделом, ей отказывали, предлагали варианты, но родители стояли на своем. В конце концов в наш дом пришла комиссия, и нас наконец-то признали двумя самостоятельными семьями.

Отказаться от нового жилья, если оно не подходило, было можно, но ходили слухи, что каждый отказ имел последствия. Мы с мужем согласились на первую предложенную квартиру, потому что она была на четвертом этаже и мы боялись, что, если откажемся, нас в итоге переселят на первый или девятый. А родителям в первый раз предложили гостинку на первом этаже, рядом с лифтом, и они отказались — мама даже сказала, что лучше будет доживать жизнь на Дегтярной без воды. После этого исполком начал предлагать совсем неприемлемые варианты. Тогда же рядом с нашим домом сдали еще два — один отдали строительной компании, а второй МВД. Но исполком не согласился с таким распределением и подал в суд, который постановил отдать несколько квартир на нужды города. Как раз в доме для МВДшников родители и получили квартиру, которая всех устроила.



Новостройки: внутри и снаружи

Это были новые дома, но ремонт в них был сделан откровенно на авось. Туго было с медицинским обслуживанием: детская и взрослая поликлиники располагались в двух подъездах на первом этаже жилого дома на Минской. Протиснуться там было невозможно: квартирные коридоры узкие, все толпились, сесть почти негде. Из-за этого старались даже как-то не болеть. С магазинами тоже было непросто — их можно было пересчитать по пальцам одной руки. Хлеб был только в одном магазине и его разбирали до полудня — хорошо, что моя мама жила рядом и выручала в случае чего.

Алина Резуненко, 26 лет

живет в Азино с 1991 года

Рай на Ломжинской

Первые полгода жизни я провела в старом гнилом деревянном доме на две семьи по адресу: Вишневского, 11/2. Там не было ванной, туалет располагался на улице, а за водой приходилось ходить на колонку. Дом признали аварийным, и наша семья по программе ликвидации ветхого жилья бесплатно получила квартиру в Азино — в 18-м доме по Ломжинской. Родители рассказывают, что это был рай. Вода, газ, электричество, отопление, хороший ремонт — в квартире все было готово к нашему переезду. Не хватало только лампочек и телевизионной антенны, мебели и личных вещей. Но все это мы привезли довольно быстро, а чтобы прописаться в квартире, пришлось ждать почти три месяца: паспортистка была одна, а людей — со всего Азино.

Наш дом был одним из первых на Ломжинской. Когда мы переезжали, на нашей улице были готовы всего две «коробки» — дома с 12-го по 18-й и с 4-го по 10-й. Еще было несколько домов в районе остановки «Ул. Минская» по Фучика — там жители появились на год раньше, чем на Ломжинской. Родители вспоминают, что вокруг дома были поля и леса. Свежий воздух, пели птицы, мало людей. Окна квартиры выходили на соседний двор, и родители наблюдали, как вертолетами строилась татинкомовская вышка. Ничего развлекательного рядом с домом не было, кроме детских площадок с лазилками и качелями, и независимо от времени года семьи выходили гулять в лес — тот, что начинался у Ноксинского спуска и примыкал к поселку Вознесенье. А летом многие отправлялись купаться на Ноксу.

Безлимитная газировка в «Икее» и садик без очереди

Инфраструктура в районе отсутствовала, но родители все равно были довольны. Им нравилось, что у них есть собственное жилье, а временные неудобства казались мелочью. Единственный универсам был на Минской. По воспоминаниям родителей, если они не успевали за хлебом, потому что его быстро разбирали, приходилось идти в магазин в 10-м микрорайоне. Затем на Чишмяле появился первый «Эдельвейс», следом начал развиваться базарчик (азинцы его так до сих пор и называют) на Ломжинской. Ближе к 2000-м открылся «Эдельвейс» на Ломжинской, и это был праздник! Все очень радовались, что появился такой магазин. Еще сильнее мы радовались, когда построили «Мегу». Во-первых, рядом с нами появился магазин, в котором можно купить одежду и мебель, и необходимость ездить на рынок или в ЦУМ отпала. Во-вторых, появился своего рода досуг: первое время после открытия «Икеи» все ходили туда как в музей, а мы, будучи детьми, бегали туда пить безлимитную газировку, есть хот-доги и мороженое. Кстати, первые в Азино банкоматы появились тоже в «Меге».

Проблем с устройством нас с братом в садик на Чишмяле у родителей не возникло. Нас приняли по заявлению, никаких очередей и взяток не было. Позже недалеко от нас, на Ломжинской, 6а, построили Центр детского творчества. Его сотрудники вместе с детьми из кружков стали устраивать в нашем дворе праздники и концерты. На каждый Новый год нам привозили огромную живую елку, ставили горки и заливали каток. В наш двор приходили гулять дети со всего Азино.

Транспорт и престиж

Что касается транспорта, то дела с ним обстояли очень плохо. 71-й — единственный маршрут автобуса, который ходил от Минской до площади Тукая. Он был всегда битком и ждать его приходилось минимум по полчаса. Родители, обходя заборы строящихся домов, шли пешком до 10-го микрорайона, откуда в центр ходил троллейбус. Мама вспоминает: чтобы как-то скрасить путь до остановки, она считала количество плит в заборе вокруг водохранилища, которое до сих пор находится на Чишмяле. В общей сложности до центра можно было добраться за час.

Азино всегда было обычным спальным районом, который не считался престижным. Многие, кто сюда переехал, до этого проживали в бараках и коммунальных квартирах. Но в целом это благополучный жилой массив, хоть в нем и существовали свои уличные группировки. При этом нам с соседями повезло. У нас во дворе как в песне «Городок»: Новый год, дни рождения, похороны — всем подъездом.

Сейчас в Азино живут мои родители и брат. Наша семья любила и любит этот район. Раньше — за близость природы, небольшое количество машин, тишину и спокойствие. Сейчас — за то, что здесь есть практически все: магазины, школы, новые больницы, парк и тренажеры в некоторых дворах. Для полного счастья хочется побольше парков и мест для проведения досуга — все-таки одного кинотеатра в «Южном» мало.

Тимур Нафигов, 43 года

был свидетелем застройки района в 1990-х, снимал жилье в Азино в 2000-х

Алкоголики в царстве грибов

Я родился в доме на Зорге, 49, но Азино вырастало буквально на моих глазах. То, что сегодня называют Азино, — в прошлом грибные и ягодные места. Когда-то в районе Чишмяле бил родник и существовало небольшое озеро с ротанами. Там же была одинокая новостройка — диковатая, удаленная от основной территории города. Я привык к московским и ленинградским проектам, а тут строили что-то другое, и это, если честно, не вызывало восторга: дом казался ненадежным, несовременным и напоминающим Набережные Челны.

В 1990-е район активно заселяли. Тогда об Азино говорили, что туда заселяют неблагоприятные семьи — в прессе трезвонили: там процветают наркомания и проституция, потому что рядом с микрорайоном проходит трасса, а алкоголики составляют основу контингента. Но всего этого я уже не застал, когда в 2000-х снимал квартиру в районе улицы Глушко. Мне показалось, что там живут очень разные люди, и в основном это рабочие среднего достатка, далекие от деградации и алкоголизма. Правда, эстетов и тонких интеллектуалов я там тоже не видел.

Квартиру в Азино я снимал вместе со своей семьей. Район не любил за качество жилья: бетон крошился даже после ремонта. Установленные пластиковые окна провисали и не были герметичными — их было невозможно открыть, а потом закрыть, разве что заклеить суперклеем. Каждый, кто заезжал в квартиру в Азино, начинал ремонт с демонтажа этих окон. То же происходило с балконами, с которых отваливалась плитка. Зато в Азино была возможность гулять с детьми в лесопосадках и собирать грибы.

Я знаю только одного человека, который кичился тем, что живет в Азино, — он учился со мной в институте в 2001 году. Остальные мои знакомые считали микрорайон глубинкой — примерно как Мытищи под Москвой. Приезжая к однокурснику в гости, я видел недостроенные участки дорог, необустроенную дворовую территорию, строительную грязь. Однокурсник считал Азино городом будущего, но он, кажется, облажался.

Фотографии: vk.com/kazanhistory, facebook.com/groups/Kazan.nostalgique/


Комментарии — 2
Войдите, чтобы добавить комментарий
ФейсбукВконтакте

Тимур Романов
19 мая, 13:26
Очень интересная статья про "Горки-Азино"! Сам наблюдал все детство как территория росла, строилась и расширялась. Жил в Азино-2 с 1995 по 2014 годы)
Максим Неочень
20 мая, 20:28
Ребят, молодцы!)
Прочитал с удовольствием, немного вспомнил начало нулевых.