Burger
«Нужно перестать затыкать уши». Специалист по звуковому ландшафту — о том, как звучит улица Баумана
опубликовано — 15.08
просмотры — 3547
комментарии — 0
logo

«Нужно перестать затыкать уши». Специалист по звуковому ландшафту — о том, как звучит улица Баумана

Агрессивный аттракцион виртуальной реальности, несбалансированные уличные музыканты и мечты об акустической экологии

Редакция «Инде» базируется в Доме печати, то есть посередине улицы Баумана. Ежедневно мы сталкиваемся с самыми громкими проявлениями «казанского Арбата» — исполнителями хитов русского рока, навязчивой аудиорекламой, криками футбольных фанатов, фонограммой перуанских индейцев (последние, впрочем, куда-то пропали). Мы с надеждой ждем перемен и предлагаем идеи по переустройству улицы, но понимаем, что прежде, чем что-то менять, нужно это хорошо изучить. По просьбе «Инде» магистр градостроительства Высшей школы урбанистики Ксения Майорова прогулялась по Баумана, записала звуки улицы и рассказала о своих ощущениях от главной туристической артерии Казани.



Ксения Майорова

магистр градостроительства (Высшая школа урбанистики им. А.А. Высоковского)

аспирантка философского факультета МГУ



Запись производилась в субботу с 19:00 до 22:00 при помощи двухканального рекордера.

Если бы в центре города вдруг появились абсолютно беззвучные улицы, прогулка по ним скорее оставляла бы чувство тревоги, приближающейся опасности и смерти, чем доставляла удовольствие. Но есть улицы, призванные звучать громче других, быть квинтэссенцией города так такового — скопищем цветастой рекламы и бесплатных туалетов, местом притяжения не определившихся с собственной культурной ориентацией подростков и лиц без определенного места жительства. Это линейные объекты, которые невозможно миновать, гуляя по центру. В нашей стране такие улицы принято называть «арбатами».

Было бы глупо давать однозначные рекомендации казанским градоначальникам на основе однодневной экспедиции по Баумана — на переустройство улицы потребуются силы междисциплинарного коллектива профессионалов. На первом этапе я хотела вскрыть дискурсивную сущность Баумана, которую мы привыкли обозначать словосочетанием «казанский Арбат», и показать, что все, что нам кажется дискомфортным, отвечает этой сущности. Мы ожидаем от «арбатов» определенного набора явлений, ничуть не удивляемся, когда их там встречаем, и не предпринимаем никаких действий, чтобы исправить ситуацию, потому что она кажется закономерной.

На какие аналоги и прецеденты равняться при переустройстве звукового ландшафта Баумана, будет зависеть от того, какую позитивную сущность улицы мы определим в ходе исследования. Если мы не хотим превратить «казанский Арбат» во второй Невский проспект или Манхэттен, то главное — не списывать вслепую, а разработать уникальные и уместные решения.

Участок № 1: от Кольца до перекрестка с Университетской

Входная группа «Арбата» должна не просто четко разграничивать «город вообще» и центральную пешеходную улицу, а захватывать внимание пешехода, создавая герметичную звуковую среду. Человек беззащитен перед звуком (уши нельзя «зажмурить»), поэтому именно звук становится наиболее эффективным инструментом «полного погружения». Участок № 1 – наиболее оптимальный для расположения агрессивных звуковых объектов, которые бы «втягивали» пешехода в улицу. На момент записи таким объектом был аттракцион виртуальной реальности. Формально с задачей «засасывания» пешехода в акустическую трубу аттракцион вполне справляется, но что содержательного можно узнать об улице, если первые звуки, которые вы на ней слышите, — такие? Очевидно, ничего, что отражало бы ее историческую и культурную ценность. Звуковая уместность аттракциона виртуальной реальности не выдерживает никакой критики, и это единственное, что можно о нем сказать.

Участок № 2: от улицы Университетской до «Макдоналдса»

В записи отчетливо слышны соревнования брейкдансеров, но я хочу обратить внимание на другую деталь. Большинство архитектурных достопримечательностей запоминаются по визуальной репрезентации: по тому, как они выглядят при непосредственном наблюдении, на фотографиях или рисованных картинках. По аудиодорожке, записанной на этом участке, можно убедиться, что у одного из наиболее ярких архитектурных памятников улицы Баумана — колокольни Богоявленского собора — есть своя аудиальная репрезентация, вербальная: пешеходы, прогуливаясь, обсуждают ее между собой, тем самым озвучивая ее, делая узнаваемой в аудиозаписи.

Участок № 3: от «Макдоналдса» до Дома чая

Звук сложно определить однозначно — его можно понимать как ощущение, физическое явление, психологический эффект или событие. К последним можно отнести выступления уличных музыкантов, которые поют и играют на инструментах в не оборудованном для этого месте, на ходу принимают решения об исполняемом репертуаре и взаимодействуют с публикой. Многим эта музыка нравится — в записи слышно, что зрители подпевают. Однако, поймав на том же месте в тот же час знакомого музыканта, исполняющего уже набившую оскомину композицию, понимаешь, что это никакое не исключительное событие, а очередной агрессивный звуковой объект (такой же, как аттракцион виртуальной реальности), призванный удерживать внимание пешехода внутри улицы.

За рубежом существует множество инструментов контроля качества выступлений уличных музыкантов и обеспечения разнообразия их репертуара — где-то им устраивают предварительные экспертные прослушивания, где-то слушатели заранее оценивают потенциальных уличных артистов онлайн. В Нью-Йорке, Лондоне и Барселоне действуют подробные регламенты по выбору наиболее удачных точек выступлений, составлению расписания и другим деталям. Мировой практики — как положительной, так и отрицательной — достаточно, и ее нужно применять на Баумана.

Участок № 4: от улицы Астрономической до Дома печати

Согласно наиболее распространенной типологизации, городские звуки делятся на звуки-доминанты, или лейтмотивы (они могут быть настолько привычными и характерными для конкретного места, что вытесняются в область неосознаваемого: например голоса людей на пешеходной улице), звуки-сигналы (они несут конкретное послание, которое, как правило, все считывают одинаково: например зеленый сигнал светофора) и звукопримечательности (уникальные, характерные исключительно для данного места звуки). Именно звукопримечательности обеспечивают эффект узнавания места, где была записана аудиодорожка.

Иногда звукопримечательности — это по-настоящему уникальные и представляющие культурную ценность звуки (например куранты Спасской башни на Красной площади Москвы). Но это не случай улицы Баумана, где, к сожалению, чаще всего слышно звуковую рекламу. Формально автоматические рекламные объявления на улице не нарушают норму (максимальное значение допустимого уровня шумового загрязнения — 65−70 децибел, более высокие показатели доставляют человеку физический дискомфорт). Но на Баумана преобладает нежилая застройка, поэтому основанием для запрета аудиорекламы может стать лишь превышение допустимых показателей громкости — и то в силу закона «О рекламе», а не специальных звуковых регламентов, которых попросту не существует.

Участок № 5: от Дома печати до кинотеатра «Родина»

Современную европейскую культуру называют визуальной, или «культурой логоса», противопоставляя ее некогда царившей аудиальной «культуре мифа». Это подтверждает наш повседневный опыт: услышав какой-то звук, мы поворачиваемся в сторону предполагаемого источника в попытках уловить его взглядом. Так мы ищем подтверждение своим догадкам или пытаемся установить природу объекта, который не можем опознать по звуку. Этот тип слушания называется каузальным, то есть звук мы воспринимаем как следствие визуального существования объекта.

Каузальное слушание — самое распространенное и привычное для жителей современных городов, но оно не является единственным возможным. Страшно представить, насколько активно нам пришлось бы крутить головой в поисках звучащих объектов, если бы мы реагировали на все, что звучит на Баумана, в частности на данном участке. Чтобы обезопаситься от эмоциональных и физических травм, человеческие уши включают защитный механизм. В идеале он должен работать аналитически: мозг вычленяет нужную информацию и отсеивает мусор. Но по факту мы оказываемся малочувствительными к аудиальной информации на сознательном уровне, зато крайне беззащитными перед ней на всех остальных. Скорее всего, пару раз пройдя мимо «Музея иллюзий», вы надолго запомните текст звуковой рекламы, хотя эта информация вам абсолютно не нужна.

Участок № 6: от скульптуры Казанского кота до перекрестка с Чернышевского

Доминирующий звук на всех участках Баумана — человеческий голос. Это хорошо слышно в записи, но может совершенно «не бросаться в глаза» во время прогулки. Люди не столько потребители звукового ландшафта, сколько его генераторы, помимо голоса они издают звуки, при перемещении (пешком или на велосипедах, самокатах, автомобилях, колясках), невербальной коммуникации (трогая, хлопая, роняя), воздействии на животных (вынуждая их хлопать крыльями, стучать клювами о брусчатку, рычать) и других действиях. Чтобы звуковой ландшафт был комфортным, производство звуков должно осуществляться с учетом интересов окружающих — людей, животных, вещей и объектов архитектуры. Развитие аудиальной грамотности — масштабная просветительская и образовательная задача, которую давно пытаются решить за рубежом. К примеру, в конце 1960-х канадский композитор, писатель и педагог Рэймонд Шейфер с несколькими учениками и коллегами по университету Саймона Фрейзера запустил движение «акустическая экология» — они изучали, как звук существует в городской среде и воздействует на человека. Тогда же развитием аудиальной грамотности занялись в США — там специалисты стали разрабатывать образовательные программы, включающие упражнения по развитию аналитического слушания и акустического дизайн-мышления для людей разных возрастов и профессий.

Участок № 7: от Чернышевского до Кремля

На записи слышен прекрасный вокал, кажется, самого везучего уличного музыканта на всей улице — одинокий певец-афроамериканец поет в абсолютной тишине, распространению звуковых волн его голоса никто не мешает, и это нетипичная ситуация для Баумана. На последнем участке заметен парадокс: центральная пешеходная улица Казани живет задом наперед. Ее основание, топологически и исторически располагающееся у Кремля, оказывается самым «заброшенным» участком, куда доходят лишь самые стойкие — несмотря на вечернюю тьму участка № 6 и вопреки доносящимся оттуда пьяным голосам.

Итоги эксперимента

Если вы считаете, что улица Баумана не справляется со своей аудиальной задачей, вы забыли ее второе имя. Если вам кажется, что «казанский Арбат» должен звучать иначе, вы забыли, как звучат постсоветские «арбаты». Здесь и громкие рыночные отношения (с неотъемлемой теневой составляющей), и народное звуковое творчество, и заметные музыкальные события. Другой вопрос — нужен ли такой «Арбат» каждому городу? Может, достаточно одного, оригинального?

У улицы Баумана внушительный культурный и туристический капитал: красивая архитектура, фонд исторических памятников, уникальное расположение. Поощрять текущую манеру звукового использования этого капитала — значит транжирить его. Нужно перестать ускорять шаг и затыкать уши, стараясь преодолеть улицу с наименьшим для себя психологическим ущербом. Тем более нужно перестать иронично снимать на камеры смартфонов танцующих под плохую музыку горожан и туристов (к тому же о вкусах не спорят). Оказавшись на Баумана в следующий раз, попробуйте остановиться и подумать: какой мы хотим слышать эту улицу? Это и будет первым шагом к аналитическому слушанию.


Комментарии — 0
Войдите, чтобы добавить комментарий
ФейсбукВконтакте