Burger
С машиной в голове. Гид по IV Уральской индустриальной биеннале современного искусства
опубликовано — 10.10
просмотры — 2343
комментарии — 0
logo

С машиной в голове. Гид по IV Уральской индустриальной биеннале современного искусства

Главное направление для внутрироссийского культурного туризма этой осенью

Осень — биеннальный сезон. Смотры современного искусства проходят с сентября в Москве, Красноярске (и, разумеется, в Венеции), но самый, на наш взгляд, интересный и территориально доступный казанцам проект представлен в Екатеринбурге. Главный редактор «Инде» Феликс Сандалов рассказывает, почему на Урал стоит ехать даже тем, кто предпочитает обходить галереи стороной.


В том, что Уральская индустриальная биеннале — крупное смыслообразующее мероприятие, которое для города значит даже больше, чем Платоновский фестиваль для Воронежа или Летний книжный фестиваль «Смены» для Казани, убеждаешься вскоре после прибытия в город. Здесь даже полицейские — хрестоматийный пример безразличия к вещам, не входящим в поле служебных обязанностей, — в курсе происходящего. И это неудивительно: в самом центре города на крыше огромного здания установлены гигантские буквы очередного манифеста уральского самородка Тимофея Ради, перефразирующего Поля Гогена: «Кто мы, откуда, куда мы идем?». Обескураживающие своей прямотой вопросы, которые художники обычно склонны прятать под слоями более сложных конструкций, здесь вынесены на самое видное место — и это сразу настраивает на серьезный разговор. Уральская биеннале — не просто очередной аттракцион из визуальных наслаждений и интеллектуальных игр, а, напротив, попытка прорваться сквозь них.

Комплекс зданий, в которых разместился основной проект, прежде принадлежал Уральскому приборостроительному заводу. Одно из зданий задумывалось как библиотека, но так ею и не стало; его занял цех, а теперь там тоже выставка — превосходная метафора трансформации, которую претерпела городская инфраструктура за сто лет. Вдумчивая работа с пространством — залог хорошего кураторства. Куратор Уральской биеннале, португалец Жоан Рибас со своей задачей справился: шесть тысяч квадратных метров, отданных под основной проект, излучают неуют. Примерно те же эмоции вызывают и затрагиваемые работами темы: влияние капитализма на телесность, отчуждение труда, брезжущее на горизонте постчеловеческое будущее. Зеленые стены, пожелтевшие выключатели, змеящиеся провода, остановившиеся часы, остатки раскрошившейся плитки, декорирующие современные инсталляции, — все кричит о том, что дни здания в самом центре города сочтены (и его действительно снесут после финисажа). Уральскую биеннале было бы уместнее назвать постиндустриальной — большинство работ посвящены положению человека в информационном обществе и его отношениям с новыми технологиями, а возникающие здесь и там образы заводов — не что иное как призраки прошлого. Разрушающиеся заброшенные цеха на картинах Павла Отдельнова, несколько комнат, наполненных библиотечными карточками с определениями типов металлов и горно-инженерной терминологией, звучащей как слова из мертвого языка, выездные экскурсии в Тагил, Кыштым и Пышму, по смыслу приближающиеся к так называемому dark tourism (поездкам в места экологических или техногенных катастроф), — все это задает правильный тон высказываниям о современности, которую невозможно понять, не увидев соседствующую с ней архаику.

С такими вводными выстроить неманипулятивную экспозицию практически невозможно — слишком велик соблазн работать с тревогой. Но Рибас смог уклониться от простых решений: последовательность работ, напротив, всячески подталкивает посетителя к мысли, что проблематика сожительства с новыми технологиями, захватившая медиа в последние годы, уходит корнями глубоко в XX век. На входе зрители видят проекцию фильма «Выход рабочих с фабрики» братьев Люмьер (1895), чуть углубившись — короткометражку Ивонны Райнер «Ручное кино» (1966), предвосхитившую сложную жестикуляцию человека, регулярно взаимодействующего с гаджетами. В экспликации к основной экспозиции Рибас пишет: «Индустриальные фабрики становятся музеями; границы труда и игры размываются», и несколько работ действительно остроумно затрагивают проблему определения труда в XXI веке. Самая пронзительная — инсталляция финской художницы Пилви Такала «Стажер» (2008), документирующая стажировку автора в корпорации-гиганте Deloitte. После пары дней подчинения Такала нарушила офисную конвенцию и прекратила изображать какую-либо деятельность — вместо этого она целый день каталась на лифте или неподвижно сидела за рабочим столом, аргументируя это тем, что для того, чтобы думать, человеку не нужны дополнительные действия или инструменты (сначала коллеги были в недоумении, потом — в бешенстве).

СЕМЬ ВЫДАЮЩИХСЯ РАБОТ УРАЛЬСКОЙ БИЕННАЛЕ

«Что нам делать дальше?», 2014

Жюльен Превье (Франция)

Остроумный театральный перформанс, перекликающийся с видеоработой Ивонны Райдер: французский художник Жюльен Превье попросил нескольких актеров разыграть зарегистрированные за последние годы патенты на новые движения для управления техникой, в том числе еще не существующей, сопроводив все это текстом о новой хореографии цифрового социума.

«Сауна», 2017

Лаборатория городской фауны (Россия)

Теплица с пожухлой травой обогревается за счет сервера, который майнит криптовалюту. Знакомое каждому с детства соединяется со сверхновым, физическое — с виртуальным, экология — с экономикой.

Фото: Сергей Гуськов, Colta.ru


«Испарение Конституции Российской Федерации», 2017

Творческое объединение «Куда бегут собаки» (Россия)

Прямое политическое высказывание от мастеров подбора нового назначения знакомым всем бытовым приборам — своего рода Риков Санчезов современного искусства в России. В инсталляции «Куда бегут собаки» включенные утюги расставлены платформой вверх, а с потолка на них через подведенные трубки падают капли, азбукой Морзе выбивающие текст Конституции. Инсталляция наглядно демонстрирует, как испаряется основной закон — капля за каплей с раскаленных тефлоновых поверхностей, буква за буквой с выведенной на стену текстовой проекции.

«Протестная аэробика», 2015;
«6 мая», 2017

Группировка ЗИП (Россия);
Евгений Гранильщиков (Россия)

Работы объединяет изощренная иносказательность экспликаций, авторы которых всеми силами удерживают себя от того, чтобы сказать очевидное: художественное сообщество России начало прорабатывать травму, полученную в результате провала протестов 2011−2012 годов. У некоторых получается: «Аэробика» ЗИПов в форме иллюстраций к детской книге показывает, как вести себя при задержании на митинге и в других ситуациях гражданского неповиновения, а Гранильщиков зарисовывает человеческие тела, распластанные на безымянных площадях и защищающиеся от невидимых ударов дубинкой.

Фото: Сергей Гуськов, Colta.ru


«Глаз / машина II», 2001

Харун Фароки (Германия)

Работа 15-летней давности, не утратившая актуальности: Харун Фароки сопоставил два типа машинного зрения — военное (как видит свою цель наводящаяся на нее боеголовка) и мирное (как видят сборочный конвейер роботы, которые собирают эти самые боеголовки). Абсолютно завораживающее зрелище.

«Судно, брошенное на смерть», 2014

Forensic Architecture (Великобритания)

18-минутный документальный фильм о медленной смерти судна с 63 беженцами на борту. Катастрофа происходила на глазах у представителей НАТО, которые принципиально не вмешивались в происходящее до тех пор, пока все люди не погибли. Кафкианский кошмар наяву.


Не меньший интерес представляют разбросанные по Екатеринбургу проекты параллельной программы — например, снова препарирующая тему труда и того, что бывает от него, коллективная выставка «Между усталостью: к новым формам жизни», разместившаяся в здании Дворца культуры железнодорожников, препарирующая растерянность нового поколения художников. ДК, к слову, живет собственной жизнью: на выставку идешь мимо (привет, Йозеф Бойс!) торговцев медом и шубами, на инсталляцию краснодарцев ЗИП или смурные фотографии москвички Насти Якименко смотришь под звуки песни «О боже, какой мужчина», доносящейся с дискотеки этажом ниже. Другая важная остановка — «Набор для выживания» в фонде «Культурный транзит»: художники из Турции и России анализируют свою деятельность в условиях (само)цензуры, точка входа в экспозицию — полотнище с вышитой надписью «…» [обман]. К сожалению, в середине сентября закрылась выставка «Приручая пустоту» в екатеринбургском ГЦСИ, кураторы которой, отталкиваясь от единственной уральской концептуалистской работы, датируемой 1967 годом, вывели завиральную, но крайне прельстительную хронологию — полвека истории совриска на Урале. Метод fake it till you make it безусловно подкупает, равно как и то, с какой изобретательностью екатеринбургское арт-сообщество строит свою и, в конечном счете, городскую идентичность. 30 миллионов рублей, потраченных на биеннале, выглядят очень разумной инвестицией: индустриальный или постиндустриальный Урал через искусство формирует собственную мифологию (суровый, заводской, гостеприимный, культурный и так далее), которая не только собирает осколки прошлого, но и пытается найти общий язык с будущим.

ПЯТЬ СОВЕТОВ ТЕМ, КТО СОБИРАЕТСЯ ПОСЕТИТЬ УРАЛЬСКУЮ ИНДУСТРИАЛЬНУЮ БИЕННАЛЕ​

Отведите на основной проект минимум три часа

Три этажа общей площадью в шесть тысяч квадратных метров вместили около ста произведений искусства. В описании к некоторым много важного текста, часть представляют собой получасовые (а то и больше) видео — поэтому, чтобы вдумчиво посмотреть всю экспозицию, приходите не позднее чем за три часа до закрытия.

Не стесняйтесь просить медиатора провести вам экскурсию

На биеннале работают несколько десятков медиаторов, и все они хорошо знают как работы художников, так и историю здания. Еще они могут рассказать вам подробности подготовки биеннале — эту информацию вы, скорее всего, ниоткуда больше не получите.

Не проходите мимо VR-экскурсии по заводам Нижнего Тагила

Виртуальная реальность обычно не оставляет зрителя равнодушным — в большинстве случаев это ужасно скучно и некрасиво, в редких становится опытом, о котором потом рассказываешь друзьям. Сложно представить себе более странное занятие, чем виртуальная экскурсия по цехам заводов Нижнего Тагила, но советуем дождаться, когда один из шлемов в фойе основного проекта освободится, и протестировать индустриальную VR.

Внимательно изучите сайт биеннале

Уральская индустриальная биеннале — действительно большой проект, на три месяца преобразивший город: повсюду проходят временные выставки, идут спектакли и оратории. Как только определитесь с датами поездки, проверьте, какие события выпадают на то время, что вы будете в городе. Отдельного внимания заслуживает образовательная программа «Университет биеннале», в рамках которой уже прочли лекции Герт Ловинк, Борис Клюшников, Йоэль Регев, Михаил Баскар и другие.

Купите сувениры

Бейсболки, фонарики, мобильные аккумуляторы, кружки, футболки — все в стильном черном цвете. Если вам этого мало, загляните в «Инстаграм» бренда Chuka и договоритесь о покупке металлических украшений (наш фаворит — стальной браслет, вдохновленный спорткомплексом «Динамо»).

Фотографии: VK, ekburg.tv, Forensic Architecture, «Что нам делать дальше?», «Глаз / машина II», Евгений Литвинов, Нина Петухова


Комментарии — 0
Войдите, чтобы добавить комментарий
ФейсбукВконтакте